Вам хотелось "раскованности", "расслабленности", "свободы". Вы проповедуете свободные связи, афишируете артистов-педиков. Вы внушаете нам, что так живут все! А мы умираем! У нас не будет любви, не будет семей, мы не родим детей. Вы понимаете, что происходит с нами, поколением, которое пришло после вас? Мы еще живы, а нас уже нет. Вы виноваты в наших смертях!

Переходы в разные школы, материальные проблемы в семье, проблемы с алкоголем у отца, внезапная болезнь сестры – все это повлияло на меня. В это время я начал курить травку, пить алкоголь, слушать рок-музыку, начал вести распутный образ жизни. Вскоре меня первый раз забрали в полицию.

Через интернет я узнал о программе пастора Натальи Потопаевой, о реабилитационном центре в г. Кассель и решил поехать туда на реабилитацию.

Комсомольский вожак и активный партийный деятель – жизнь Нины была насыщена работой с людьми. Все свои силы и энергию женщина отдавала созданию справедливого общества, основанного на человеколюбии.

Всю жизнь Нина отстаивала интересы людей, без оглядки на последствия бросаясь на помощь незаслуженно униженным и оскорбленным. Обладая сильным и волевым характером, она всегда отстаивала свою позицию, что не очень нравилось бюрократам, которых ничего не интересовало, кроме своих уютных кабинетов и спецпайков.

В редкие моменты трезвости я выходила замуж, рожала детей, училась в институтах.

Господь уже тогда был милостив ко мне и благословил меня двумя здоровыми и красивыми сыновьями. Я так акцентирую внимание на здоровье моих детей, потому что вы знаете, какие обычно дети рождаются в семьях наркоманов. За это хвала Господу.

В обществе я вела себя как жизнерадостная, уверенная в себе, наполненная жизненной энергией молодая особа,  у которой все впереди. Но, оставаясь наедине с собой, осознавала всю трагичность действительности: страх, пустота, темнота. По правде, искреннюю радость мне уже ничего не приносило.

...Нас разлучили с ней с самого моего рождения.

В целях безопасности-для моего здоровья маме, болевшей в то время  туберкулезом, запретили кормить меня грудью, а меня саму отправили в детский дом, где я прожила целые шесть лет своей жизни. Потом был маленький островок счастья - в один из дней я оказалась за воротами детского дома. Мама забрала меня домой.