Вам хотелось "раскованности", "расслабленности", "свободы". Вы проповедуете свободные связи, афишируете артистов-педиков. Вы внушаете нам, что так живут все! А мы умираем! У нас не будет любви, не будет семей, мы не родим детей. Вы понимаете, что происходит с нами, поколением, которое пришло после вас? Мы еще живы, а нас уже нет. Вы виноваты в наших смертях!

9 лет назад, ползая на четырех лапках к зеркалу, чтобы рассмотреть синяк, приобретенный в доблестной битве с другим алкоголиком, я поняла, что умираю, и на всякий случай решила покаяться где-то, где есть настоящий Бог, Который знает меня лично, как обещал этот пастор по телевизору...

Часто задумываясь о том, почему жизнь бессмысленна, пуста и зачем он пришел в этот мир, Константин искал правду жизни. Работа, семья – все ерунда. Считал, что свобода – это делать то, что хочешь. Но ни наркотики, ни преступления не приносили желаемого насыщения. Получалось, что жил инстинктом – спал, ел, удовлетворял различные потребности. Это был уровень животного, но никак не человека. Так он просуществовал до 30 лет.

Константин всегда хотел узнать истину и посвятить ей жизнь. Он знал, что она где-то есть, но не находил. Всюду была никому не нужная шелуха, от которой не было никакой пользы.

Не должны собирать имение для родителей, но родители для детей 2Коринфянам 12:14

Дмитрий, 1993 г. Киев
- Помощь в учебе

Алина, 1991 г., Киев, студентка
- Чтобы родители перестали пить и ругаться, хочу хорошо учиться и жить счастливо. Хочу, чтобы мама вылечила ногу, а у сестры была счастливая семья и ребенок

Ничего другого в жизни Марии не было. Семейная жизнь не складывалась. Заболевания изматывали тело: "Раньше я считала, что человек растет, развивается до определенного возраста (в моем сознании пик прогресса - тридцать лет), а затем начинается изнашивание, как у любых механизмов. С таким мышлением единственным стимулом подольше не пойти в "утиль" была маленькая дочь, у которой было слабое здоровье

Плохое самочувствие было настолько, что я пришел в себя уже в реанимации через несколько дней. Жена навещала меня. Однажды она спросила, знаю ли я, почему здесь оказался. Я, конечно, ответил, что нет. Супруга сказала, что три минуты у меня длилась клиническая смерть, то есть этот период времени меня не было в этом мире.