Игоря Бог берег с самого раннего детства – любящая мама, престижная школа, крепкое здоровье. Но пока не было понимания, Кто так заботливо ведет его по жизни, не было и уверенности в завтрашнем дне.

Не спешите брать от жизни все "здесь и сейчас". Для каждого есть план Божий. Потерпите! Не берите "чужого". В назначенный срок вы получите все для вас уготованное. И это будет намного лучше того, о чем вы мечтали!

К 20 годам в мою жизнь пришла инвалидность, множественное отмирание нервных окончаний.

Я заново учился ходить, но это было не просто…Я никак не мог начать ходить и даже в какой-то момент я возненавидел наркотик, хотя умудрялся употреблять их дома, не выходя на улицу, и в больнице. 

Смерть мамы, пьянство отца, сбор пустых бутылок по улицам, в семилетнем возрасте первый выпитый стакан вина, "заботливо" предложенный отцом, детский дом, школа-интернат для детей-сирот... Так начиналась нелегкая жизнь Вити.

"С детства я привык к самостоятельности, но уже в юности понял, что один, сам по себе, не смогу ничего добиться в жизни. Поиски чего-то, что могло бы помочь мне выжить, привели в православную церковь. Но там, к сожалению, я так ничего и не нашел. По окончании школы-интерната, с 20 рублями в кармане и рюкзаком за спиной, я оказался перед открытой дверью в мир, в котором меня никто не ждал".

...Они без особых усилий умеют сбегать из приютов, в которые их распределили. Волонтеры поняли, что нельзя действовать стихийно, все надо делать в рамках закона. А пока они просто будут поддерживать связь с детьми.

Для бездомного ребенка нет большего счастья, чем хоть на один день попасть в семью. Поэтому все волонтеры, и Ольга в том числе, часто брали детей к себе домой в гости.

Все, что в моей жизни было без Бога, -  это кошмар, который в страшном сне не приснится. Жизнь полная неудач, проблем и разочарований. Я был человеком без принципов, без чести и морали.

Меня было трудно назвать вообще человеком. В моей жизни было все - разочарование в жизни, чувство отвержения, заниженная самооценка, я был ожесточен в отношении себя и по отношению к людям.

Ничего другого в жизни Марии не было. Семейная жизнь не складывалась. Заболевания изматывали тело: "Раньше я считала, что человек растет, развивается до определенного возраста (в моем сознании пик прогресса - тридцать лет), а затем начинается изнашивание, как у любых механизмов. С таким мышлением единственным стимулом подольше не пойти в "утиль" была маленькая дочь, у которой было слабое здоровье