Жизнь маленькой Оксаны не отличалась от жизни многих других детей, отцы которых пили. Детство прошло в бедности. Отец не уделял внимания дочери. Мама из последних сил старалась обеспечить семью. Оксана всегда мечтала о внимательном, заботливом, непьющем папе, но в реальности все было по-другому. Подробнее...

Когда ее выгоняли из школы, Таня и подумать не могла, что когда -нибудь снова переступит порог хоть какого-нибудь учебного заведения. Но Бог может все. Сегодня школьное служение, лидером которого она является, набирает силу. Тане рады и дети, и учителя во многих киевских школах.

"Моя маленькая дочь сидела у изголовья кровати, на которой я, как раненый зверь, корчилась от боли, — вспоминает то страшное время Татьяна. — Каждая клеточка моего тела взывала о пощаде. Каждая клеточка моего тела требовала наркотика.

Сама того не сознавая, эта женщина всегда жила по Божьим законам. Но окружающие ломали ее жизнь, вводя в депрессию и угнетая ее дух. Вырваться из порочного мира ей помог Бог. Возрожденный дух – вот главное ее приобретение. Красивая, талантливая, добрая, умная – такой предстает перед нами Антонина сейчас.

– "Приди, приди, какой-нибудь!" – пела знойная итальянка-кукла в спектакле для взрослых "Декамерон". Гордо выставив пышную грудь, она набрасывалась на проходивших мимо мужчин.

Не должны собирать имение для родителей, но родители для детей 2Коринфянам 12:14

Дмитрий, 1993 г. Киев
- Помощь в учебе

Алина, 1991 г., Киев, студентка
- Чтобы родители перестали пить и ругаться, хочу хорошо учиться и жить счастливо. Хочу, чтобы мама вылечила ногу, а у сестры была счастливая семья и ребенок

Я искренне пытался понять состояние обреченного наркомана, который ничего не мог изменить для себя своими силами. Многие мои знакомые ушли в вечность молодыми и не реализованными. Боль своего сердца я попытался отобразить в своем творчестве.

На каком-то этапе любой наркоман отдает себе отчет, что его уже затянуло и от него уже ничего не зависит. Наркотик полностью овладевает волей и парализует разум. 

Безрезультатность поисков завела мою жизнь в тупик. Сильнейшая депрессия, в которую я погрузилась, поразила мой мозг. Я стала бояться всего на свете, но больше всего - замкнутого пространства. Лечение в самых престижных клиниках не приносило результатов. Моя беспомощность прогрессировала с каждым днем. Дошло до того, что я уже не могла играть в театре, так как стала забывать текст. Я понимала, что становлюсь профессионально непригодной. Сослуживцы относились ко мне снисходительно, сочувствовали, но помочь ничем не могли.

Врачи, которые пытались определить мой диагноз, смотрели на меня тревожными, порой даже сочувствующими глазами, давая мне понять, что готовиться нужно к худшему. Результаты анализов приходилось ждать неделями, в течение которых я не находила себе места. Мне никак не могли поставить точный диагноз, что наполняло мою жизнь тревогой и отчаянием.

Наконец, диагноз все же был определен и врач-хирург черным по белому написал в моей медицинской карточке: "левосторонняя паховая грыжа". "Вы знаете, это первый случай женской паховой грыжи в моей врачебной практике за 9 лет", - отметил он, провожая меня из кабинета.