Дискотеки, бары, ночные клубы, драки, "разборки", воровство, грабежи… Криминальный мир с каждым днем все больше и больше затягивал Славу. По утрам совесть обличала парня, и он принимал решение изменить свою жизнь, но встречаясь с друзьями, забывал о своих решениях, и все продолжалось по-прежнему.

Человека, которого использовал дьявол, чтобы нести в мир разрушение, боль и жестокость, сегодня Бог использует для охраны Своих "проектов".

Я пришел к выводу, что жизнь вообще не имеет смысла. Был закомплексованным, жил в страхе с манией преследования. У меня не было образования, вместо диплома – справка с двойками. Я пил, курил, употреблял наркотик, и каждый день думал о самоубийстве. Однажды осенним днем я принял решение что точно пора завершать свою жизнь.

До встречи с Живым Богом семейная жизнь Галины представляла собой сплошной кошмар. От ссор и крика в семье страдали все, особенно дети. На нервной почве Галина стала сильно болеть. Жизнь перестала радовать. Женщине казалось, что она очутилась в тупике, выход из которого – смерть. Иначе как жить дальше, когда невыносимо болят и душа, и тело? 20 долгих лет Галина не знала, к кому ей обратиться за помощью.

Семья Галины, по советским меркам, была обычной – муж, две желанные дочери. Муж пил. Когда он приходил домой выпившим, Галина поднимала крик, часто в ход шли тарелки, сковородки. Несмотря на скандалы, муж от алкоголя не отказывался, и Галине все тяжелее становилось сдерживать себя.

Это звучит абсурдно, но меня как личности в те годы не существовало.

К тридцати годам я превратилась в регрессирующую домохозяйку, презирающую саму себя за жизненную несостоятельность. Я настолько  была не уверена в себе, что даже боялась устраиваться на работу, искренне веря, что завалю работу любой фирмы (вот это самомнение!). Непреодоленные юношеские комплексы вели к мысли о самоубийстве.

Подробнее...

...Нас разлучили с ней с самого моего рождения.

В целях безопасности-для моего здоровья маме, болевшей в то время  туберкулезом, запретили кормить меня грудью, а меня саму отправили в детский дом, где я прожила целые шесть лет своей жизни. Потом был маленький островок счастья - в один из дней я оказалась за воротами детского дома. Мама забрала меня домой.

После услышанного диагноза  я не обращалась за помощью к врачам, втайне надеясь, что перед страхом смерти  перестану колоться. Но никакой страх не мог остановить жгучее желание внутри  меня. Я снова брала шприц и вводила в вену "вожделенный"  яд,  меня тянуло к наркотикам, мне  нравилась такая жизнь.

Эта  жизнь длилась  около 8 лет. Я потеряла отношение с родными, ребёнка, работу и осталась одна со своими неразрешимыми проблемами и, как говорили врачи, неизлечимыми  болезнями.