Вам хотелось "раскованности", "расслабленности", "свободы". Вы проповедуете свободные связи, афишируете артистов-педиков. Вы внушаете нам, что так живут все! А мы умираем! У нас не будет любви, не будет семей, мы не родим детей. Вы понимаете, что происходит с нами, поколением, которое пришло после вас? Мы еще живы, а нас уже нет. Вы виноваты в наших смертях!

Подробнее...

Я пришел к выводу, что жизнь вообще не имеет смысла. Был закомплексованным, жил в страхе с манией преследования. У меня не было образования, вместо диплома – справка с двойками. Я пил, курил, употреблял наркотик, и каждый день думал о самоубийстве. Однажды осенним днем я принял решение что точно пора завершать свою жизнь.

Подробнее...

Это было родовое проклятие: пил отец, был запойным дед, а прадед вообще пьяным замёрз на улице. Глядя на своих двух маленьких сыновей, Владимир плакал от мысли, что они пойдут тем же путем, что и их предки. Но Бог разорвал замкнутый круг.

"Мой отец три раза начинал жизнь "с нуля", из-за пьянства два раза сидел в тюрьме, потерял первую семью. С детства меня пугали водкой, показывая на отца. Я думал, что этого в моей жизни никогда не будет. Но… Тогда я не знал, что обречён. Жил легко и весело, не подозревая, какая тяжёлая доля мне уготована", – рассказывает Владимир.

Подробнее...

Казалось, испытаниям, выпавшим на долю этой семь и, не будет конца-края. Но приход супругов к Богу разорвал этот порочный круг, и они увидели яркий свет в конце туннеля отчаяния.

В Армении, среди райской природы, возвышаются памятники женщине, держащей в руках виноградную лозу – символ жизни, или кубок с вином, корзину с дарами земли. Наталье хочется стать для мужа такой же женщиной, держащей в ладонях его сердце.
Подробнее...

Милостивый Бог спас меня от всякого заблуждения. Двоюродная сестра однажды подарила мне Библию. Я читала ее с такой жаждой, хотя много чего не понимала. Мне нравилось читать Псалмы, и впоследствии я научилась молиться через псалмы Давида. Я не была возрождена, но уже молилась и читала Библию. Подробнее...

Ничего другого в жизни Марии не было. Семейная жизнь не складывалась. Заболевания изматывали тело: "Раньше я считала, что человек растет, развивается до определенного возраста (в моем сознании пик прогресса - тридцать лет), а затем начинается изнашивание, как у любых механизмов. С таким мышлением единственным стимулом подольше не пойти в "утиль" была маленькая дочь, у которой было слабое здоровье

Подробнее...

После услышанного диагноза  я не обращалась за помощью к врачам, втайне надеясь, что перед страхом смерти  перестану колоться. Но никакой страх не мог остановить жгучее желание внутри  меня. Я снова брала шприц и вводила в вену "вожделенный"  яд,  меня тянуло к наркотикам, мне  нравилась такая жизнь.

Эта  жизнь длилась  около 8 лет. Я потеряла отношение с родными, ребёнка, работу и осталась одна со своими неразрешимыми проблемами и, как говорили врачи, неизлечимыми  болезнями.

Подробнее...