Дискотеки, бары, ночные клубы, драки, "разборки", воровство, грабежи… Криминальный мир с каждым днем все больше и больше затягивал Славу. По утрам совесть обличала парня, и он принимал решение изменить свою жизнь, но встречаясь с друзьями, забывал о своих решениях, и все продолжалось по-прежнему.

Человека, которого использовал дьявол, чтобы нести в мир разрушение, боль и жестокость, сегодня Бог использует для охраны Своих "проектов".

 

Подробнее...

Уличное воспитание принесло свои плоды - и к 20 годам я, уже будучи наркозависимым, находился в розыске и имел в своем "послужном списке" два побега из-под стражи.

Два года я скрывался от правосудия, но все-таки меня арестовали.

Подробнее...

Это было родовое проклятие: пил отец, был запойным дед, а прадед вообще пьяным замёрз на улице. Глядя на своих двух маленьких сыновей, Владимир плакал от мысли, что они пойдут тем же путем, что и их предки. Но Бог разорвал замкнутый круг.

"Мой отец три раза начинал жизнь "с нуля", из-за пьянства два раза сидел в тюрьме, потерял первую семью. С детства меня пугали водкой, показывая на отца. Я думал, что этого в моей жизни никогда не будет. Но… Тогда я не знал, что обречён. Жил легко и весело, не подозревая, какая тяжёлая доля мне уготована", – рассказывает Владимир.

Подробнее...

Для Александра, – актера по профессии, – знакомство со своей будущей женой, наверное, и должно было быть именно таким, как в романтических фильмах о любви. Юг. Море. Он – выпускник театрального института. Она – невеста, собирающаяся замуж за военного. Но одна единственная встреча изменила их жизнь. Две недели солнца, роз и стихов... Так начиналась супружеская жизнь Александра и Ольги. Следующие 18 лет совместной жизни не принесли того счастья, о котором мечтали влюбленные тогда, на Южном берегу Крыма.

Подробнее...

Помню, мы были закрыты на неделю, а кушать ничего не было, и мы спички грызли. Очень хотелось кушать. и Максим через форточку нам носил еду. Так мы выживали.

А потом мы с Вадиком тоже убежали в Киев на вокзал, и там нас увидела Оля Шамрай. Мы просили ее, чтобы она нас забрала, говорили, что будем послушными. И вот уже семь лет мы все втроем живем в дружной семье Шамрай. Я вспоминаю детство как страшный сон.

Подробнее...

Безрезультатность поисков завела мою жизнь в тупик. Сильнейшая депрессия, в которую я погрузилась, поразила мой мозг. Я стала бояться всего на свете, но больше всего - замкнутого пространства. Лечение в самых престижных клиниках не приносило результатов. Моя беспомощность прогрессировала с каждым днем. Дошло до того, что я уже не могла играть в театре, так как стала забывать текст. Я понимала, что становлюсь профессионально непригодной. Сослуживцы относились ко мне снисходительно, сочувствовали, но помочь ничем не могли.

Подробнее...

"Не знаю, чем бы закончилось для нашей семьи "знакомство" с рэкетирами, если бы верующие люди, в моем случае это были пятидесятники, не вышли из стен своей церкви и не начали активную евангелизацию тогда уже постсоветского, в большинстве своем атеистического населения. Одна из евангелизационных палаток пятидесятников расположилась рядом с домом, в котором я жила".
Подробнее...